?

Log in

No account? Create an account
entries Друзья Календарь Почти правда обо мне Предыдущее Предыдущее
Ремарки к жизни
Сказка странствий электрического пса
Отзывы на книгиСвернуть )

Метки:

3 мысли or Подумать об этом
Для новоприбывших, офрендивших сей журнал.
Большая просьба - отметиться тут. Основные вопросы: кто, что заставило принять данное решение(желательно указать посты).

Метки:
Точка на шарике: Боровск

42 мысли or Подумать об этом
На Аверченко отзыва не будет. Слишком короткая сатирическая зарисовка, которую проще проглотить, чем расклевать.
Поэтому будет следующий план.

1) lunnoe_sozdanie "Катализатор" (бета-версия)
2) Э. Триоле "Розы в кредит"
3) Б. Келлерман "Голубая лента"
4) Г.Л. Олди "Бык в лабиринте"
5) Н. Стивенсон "Криптономикон"
6) К. Лю "Бумажный зверинец"
7) М. Ходдер "Загадочное дело Джека-Попрыгунчика"

Метки:
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: tired

Подумать об этом


Это первый прочитанный мной роман Алексея Иванова. Я давно уже слышал о том, что у нас есть автор, сделавший себе имя на зауральском материале. Кроме Леонида Юзефовича, других подобных современных писателей мне на вскидку не вспомнится. Подобных - сочетающих концентрацию на местной реальности и имеющих высокий уровень мастерства. Вероятно, надо больше читать соотечественников.

Первым романом автора я приятно впечатлен. Через десяток сюжетных линий раскрывается объемная социальная картина Тобольска и окрестностей в эпоху Петра Великого. Когда сейчас жалуются на инертность нашего народа, стоит вспомнить, что при царе-антихристе странные нововведения внедряли не только в нашей боярской Средней полосе, но и там, в Сибири, где еще даже крещение толком не началось. Не все получалось, кровь текла и бурлила, а Империя взрослела.

Интересна подача личности Петра Великого. В нескольких эпизодах ясно формируется образ диктатора-ребенка, для которого вся жизнь и сама держава - это игра и познание. Это не сухая параноидальность Сталина и не экстатическая религиозность Ивана Грозного. Азарт игры со взрослыми на равных ведет к требовательности и лихим ходам. "Конечно, Петр поступает по своему обыкновению: выдумал невиданное предприятие, нахватал исполнять его первых встречных, сколько их сдуру царю в лапы попалось, а дале свалил все заботы на любезных подданных — хоть наизнанку выворачивайтесь, а доведите замысел до ума, или повешу". Сейчас пытаются изображать подобное, но для эффективности нужно, чтобы исполнители ощущали драйв от руководителя. Тогда и провалиться страшнее, и мозги работают лучше.

Подзаголовок первого тома - "много званых". Людей Сибири различают по религиям, национаностям и социальным статусам. Каждая фракция по-своему видит эту землю. Что общего может быть у шведских пленных офицеров и остяков-язычников? А у суровых староверов и китайских дипломатов? Различия взглядов и порождают объем. Столкновения столь разных групп неминуемы. Особенно, если вдуматься, что торговые пути из Европы в Азию проходили через места, которые еще при Борисе Годунове стали местом ссылки преступников и неугодных. Наш плавильный котел.

Религиозная сторона текста местами неоднозначна. Например, несколько фантастичных мест связаны в первую очередь с язычеством. Православные сталкиваются с этим, но против дьявольского морока могут только воплощать смирение и стойкость. Еще большую стойкость выражают старообрядцы. Изображенные противники Никона мало похожи на нынешних. Они борются, они еще помнят, как было до раскола, они хотят войти в огонь и попасть на Небеса. Эпизоды, рассказывающие о Аввакуме, заставили задуматься, что староверы не зря находились под надзором полиции вплоть до начала ХХ-ого века.

Если же говорить в целом, то калейдоскоп историй с одной стороны дает тот самый объем, а с другой - не позволяет также срастись с персонажами, как происходит в классических романах с протагонистами. Угол зрения постоянно меняется, поэтому ты остаешься только пассивным наблюдателем. Низкое эмоциональное сопереживание не дает полностью прочувствовать происходящее. Впрочем, этим грешат многие исторические романы, в которых верность прообразам и историческим событиям значит больше, чем захватывающий сюжет.

Итого: Теперь очень бы хотелось съездить в Тобольск и полюбоваться теми местами. Книга дала почву для размышлений и направление для дальнейшего изучения истории родной страны. 

Метки:
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: tired

2 мысли or Подумать об этом
Крики из окон впечатлили.
Сам я смотрел, начиная с второго экстратайма.

Удача сегодня с нами.

Метки: ,

3 мысли or Подумать об этом


Поглядим, что получается, когда выйдет полноценный трейлер. Пока я сходил бы на этот фильм в кинотеатр. Своеобразный образ киноманьяка показан - ироничная подача собственной правоты от человека, бережно сохраняемого в тюремном музее в течение многих лет. Ситуация, когда "гуманизм" защищает своего же разрушителя. Потом вероятно психологи могут раскрутить более личную подоплеку в этих действиях, но сейчас выглядит так, что будь система другой, маньяк-проповедник бы не появился. Бытие определяет сознание.

Метки:
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: hot hot

Подумать об этом


Беспомощное произведение, отправить которое в топку не позволяет только пара-тройка эмоциональных мест. С текстом я знакомился в формате аудиокниги, и это тот случай, когда хорошая начитка не спасла впечатление.

Начать с главного - сюжет размазан тонким невкусным слоем. События тянутся и тянутся, словно ремни дыбы, оставляя только надежду, что так или иначе все закончится. Основное фантдопущение - путешествия во времени стали возможны. Их организуют местные исторические факультеты, используя специальные машины. Студентка выпрашивает отправить ее в Средние века, это первый такой эксперимент, но все же его организуют. Однако дальше все идет наперекосяк - Оксфорд подхватывает эпидемию гриппа, которая сшибает с ног оператора машины времени, а больше с ней никто не может совладать. Студентка же испытала первые симптомы уже после перемещения. И вот она загибается посреди XIV века в Англии в преддверии эпидемии Чумы. Из этой затравки можно видеть, что болезни занимают в романе одно из главных мест. Персонажи будут падать с симптомами, хулить Господа и тихо умирать в рождественскую пору по обе стороны от временного барьера. Два главных героя: студентка и ее профессор будут по мере сил бороться с хворями и окружающими, которые в своей косности часто усиливают проблемы. В этом и размазывается сюжет. Основной конфликт в виде Человек против Окружающего мира в данном случае лишен напряжения. На 80 процентов текст заполняет беспомощное трепыхания, а в остальных 20 и проявляется активная деятельность персонажей и их основные идейные изменения.

Не последнюю роль в пресности сюжета играют чеховские ружья. Звонарщицы; паренек с его постоянным трепом про "апокалиптичность" средневековья; ловелас-студент; страх того, что студентку отправили не в тот год - все это, появившись в первом десятке глав, затем повторяется такое число раз, что, когда ружье наконец стреляет, ты можешь только хмыкнуть от очевидности этого хода. Нельзя полкниги говорить об опасности Чумы, и том как хорошо, что ее не было 1320ом году, а потом не представить Чуму публике.

Вторым провалом книги стало описание будущего. Написанное в 1992ом году, оно выглядит чертовски глупым. Например, ни о какой надежности путешествий во времени здесь и речи не идет. Ученые играются с машинами, как с любопытными игрушками, не пользуясь толком никакими регламентами. Оператор переброски всего один. Руководители лаборатории толком не представляют специфику исследований. Про отсутствие военных контроллеров я вообще молчу. Есть, конечно, объяснение упругости времени, не позволяющей ничего корректировать, но куча неуверенных мест, подкрепленных лишь вероятностной оценкой, говорит о сырости всех теорий. Сюда же можно добавить отправку одного человека вместо группы. Причем человек не имеет ни научной степени, ни нормальной подготовки, ни удобоваримой цели. Зато есть куча амбиций.

Еще один маразм - это описание карантина. Правительство закрывает Оксфорд, подхвативший грипп. Что стереотипно должно происходить? ИМХО при серьезной эпидемии в район карантина направляю группы биологической безопасности, врачей и т.д. Вместо этого город переводят на автономный режим, не снабжая толком ни провизией, ни медикаментами, ни хоз.товарами (туалетная бумага в тексте вспоминается полсотни раз). На минуточку это Оксфорд, а не остров Тихом Океане. Сюда ходит железная дорога, по которой можно пускать даже локомотив без персонала. В конце концов можно и грузовой авиацией пару контейнеров гумпомощи сбросить, если не хотите вообще никак пересекаться заболевшими.

Наконец, есть еще проблемы с техническим уровнем описанного 2054 года. Например, видеофоны распиханы по тексту жирно. Однако, во-первых, сеть легко перегружается в первые дни карантина, не давая нормально созвониться. Во-вторых, не смотря на то, что в 1992ом году уже появился стандарт GSM, автор приковала людей, разговаривающих по телефону, к стационарным точкам.

Итого: Беспомощная книга.

Метки:
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: tired устал(а)

Подумать об этом


В прошлом году с нас на работе собрали информацию о хотелках по поводу обучения на 2018 год. Наше предприятие в настоящее время - очень рыхлая структура - текучка кадров ведет к тому, что общая линия партии отсутствует как факт. Поэтому часто выходит так, что изображение бурной деятельности в виде бесконечных бумажек играет злую шутку, ибо план, поданный для отписки наверх, может неожиданно вернуться вниз и стать реальным Планом, которым можно размахивать и пользоваться. Простыми словами: настолько заигрались в деятельность, что результат игры вполне похож на результат деятельности.

В общем, я себе вписал курсы компании FESTO по пневматике. Платить за них из своего кармана мне сейчас не с руки, а за счет конторы подлатать дыры в образовании да еще в эпоху безвременья - благодать. Отходил я туда уже два дня и взглянул на тот формат образования, которого к сожалению у нас сейчас мало в нашем Университете. Соотношение теории с практикой примерно 30/70. Плюс к этому в нашей группе половина людей пришла с производства, поэтому вопросы задаются с мясом жизни.

Большинство элементов я раньше видел только в формате значков на схемах. Здесь их можно покрутить и сразу попробовать в деле. Этакая инженерная песочница.

Мелкая приятность, что на вступительном тесте я набрал больше всех баллов. Мелкая неприятность, что число баллов там тянет на тройку. Надеюсь, к концу недели разберусь)

Метки: , ,
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: tired

2 мысли or Подумать об этом
Спустя три дня после публикации предыдущего отзыва на Фантлабе там же был опубликован короткий отзыв другого лаборанта. В нем нашлась и небольшая полемика с моей заметкой:

"...И «бог из машины» в финале мне показался вполне уместным. Роман ведь — не про динамику существования изолированных хабитатов, а про человеческое и звериное. И месседж здесь вполне однозначный — надеятся можно лишь на чудо, вырастающее из самопожертвования".

Это вполне относится к тем самым неприемлимым для меня 5% текста. Потому что не верю. Слишком много крови и ужаса было в этом романе, чтобы решающим стал гибельный поступок, совершенный во страхе.

И второе: Если борьба Человека и Зверя закончилась божественным "Хватит!", то не поймут.

Метки: ,
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: tired

Подумать об этом


Мой отзыв на прошлый цикл Семироль не был восторженным, что привело сначала к маленькому спору с ней, а затем к прекращению общения. Несмотря на это в списке френдов ее блог остался, и я знал об Азиле. Все-таки любопытно следить за ростом автора. В случае Семироль это оправдано: "Азиль" сильнее, чем "Игрушки дома Баллантайн". Сейчас я говорю только о первом романе азильской трилогии, потому что два других не читал, и, возможно, в них снята часть возникших вопросов.

Сюжет построен на истории падения Дома Каро. С нескольких точек рассказывается о том, как череда их поступков приводит к разрушению старого миропорядка в городе Азиль, убежище под Куполом, где остатки человечества скрываются от мира после экологической катастрофы. Так вот, один брат Каро решает в пику обществу жениться на простолюдинке. Другой брат сначала изображает из себя защитника обездоленных, а, когда его кусают его же подопечные, готов испепелить весь мир. Его жена мучается, как птица в клетке, потому что не любит мужа, а уйти к любовнику не может. Со стороны в историю входят сестра простолюдинки и ее воздыхатель, которые позволяют посмотреть на макабр, происходящий в местном сопротивлении. В общем, классика постапокалипсиса в замкнутом пространстве: социальная стратификация; фашизм; революционеры; разрушающие и без того хрупкий мир; любовь через социальные границы.

В плане основных сюжетных ходов удивил разве что самый финал с его Богом из машины. Конфликт, разрешенный Чудом, выглядел обманом. С другой стороны остальные 95% текста выглядели, если и не правдоподобными, то объяснимыми. Находясь под прицелом камеры, герои двигались понятным образом к ожидаемой развязке, чтобы на последних страницах улететь в неизвестном божественном направлении. Таким образом можно сказать, что я просто не согласен с автором, но в то же время признаю, что бОльшая часть романа - это вполне сносная развлекательная история про страстных людей.

Страсти и вообще острых эмоций у персонажей много. Порой они даже заполняют их полностью, вытесняя все остальное. Отсюда проистекает жестокость одних героев и ситуаций. Соответственно другие герои будут так же страдать. Мир сходит с ума, бьется в падучей, ломая себе руки и ноги, откусывая язык... Ты веришь этим травмам, хотя причины неистовства за гранью моего понимания. Из несомненных плюсов романа следует отметить, что мир получился кинематографичный. Многие описания создают яркую картинку, напоминающую аниме. Быть может, здесь, как и в случае с многими текстами Геймана, лучше бы Семироль написала сценарий, чем роман - киноформат прикрыл бы плоскость персонажей, а декорации, эмоциональный фон и прочие мстители с катаной как родные бы легли в форму японского мультфильма. Можно продолжить купольную тему "Эрго Прокси" без киберпанка.

Кстати, если говорить о киберпанке и о претензиях, то их по сути две. Причем одна, на мой взгляд, проистекает из другой. Эта история очень старомодная, а потому местами неправдоподобная. Киберпанк не наступил, а наступила ретрофантастика. Если не брать во внимание некоторые малочисленные технические нюансы, то подобный роман мог быть написан еще в начале ХХ века. То есть люди и, что немаловажно, французы, после катаклизма за 200 лет срегрессировали в социальном плане до состояния схожего с концом Первой мировой войны, а сами 200 лет ощущаются только, как барьер памяти, а не как история поселения. Например, за этот немалый срок куцая диаспора (меньше 100 человек) японцев не ассимилировалась, и их продолжают шпынять по национальному признаку. Это после нынешнего французского мультикультурализма. Социальная стратификация по Кругам, конечно, напоминает и нынешний Париж, и, чего греха таить, Москву с ее Рублевкой, но сложно поверить, что такие непроницаемые социальные границы не привели хотя бы к минимальным бунтам за 200 лет. Ведь антикоммунистическим достижением послевоенной "демократии" и было создание видимости участия населения с профсоюзами и депутатами в управлении государством. В итоге Азиль вроде бы к этому и идет, но сохраняется вопрос, как умудрились из нынешней Франции сделать фашистское государство без такой видимости. Причем показательным является отсутствие аналитических механизмов в системе водоснабжения второго и третьего Кругов, в отличие от первого. То есть еще на момент организации этого убежища, в нем уже было заложено такое социальное деление.

При чтении вспоминались обрывки сюжетов "Машины времени", "Под планетой обезьян", "Истории служанки", "Поющих в терновнике", "Мы", революционной риторики у Золя и Мьевиля. Прямых цитат нет, но было ощущение уже встречавшихся ходов. Это уже гораздо лучше, чем игра с оперой-прообразом в "Игрушках".

Итого:  Эпиграфом автор выбрала куплет из мюзикла "Ромео и Джульетта". Так вот, пьеса Шекспира - на мой вкус, такая же: история любви, в которой попутно с любовными муками играючи убили трех человек, и которая на сцене выглядит куда лучше, чем в литературном первоисточнике. 

Метки:
Точка на шарике: Мозгва
Настроение: relaxed расслаблен(а)

Подумать об этом