Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Лягушатник

Фотопак по Чехии-2017-II: Ческе-Будеёвице и Глубока-над-Влтавой

На следующий день мы поездом отправились в Ческе-Будеёвицы. Те самые Чешские Будейовицы, которые к месту и не к месту вспоминал солдат Швейк.
Попутно проезжали город Табор, в котором начиналось движение таборитов под руководством Яна Гуса и Яна Жижки.

На обед попробовали чешский чесночный суп. В этот раз это был обычный суп-пюре. Никаких вкусовых фейерверков.
.

Collapse )
Лягушатник

А. Семироль "Азиль"



Мой отзыв на прошлый цикл Семироль не был восторженным, что привело сначала к маленькому спору с ней, а затем к прекращению общения. Несмотря на это в списке френдов ее блог остался, и я знал об Азиле. Все-таки любопытно следить за ростом автора. В случае Семироль это оправдано: "Азиль" сильнее, чем "Игрушки дома Баллантайн". Сейчас я говорю только о первом романе азильской трилогии, потому что два других не читал, и, возможно, в них снята часть возникших вопросов.

Сюжет построен на истории падения Дома Каро. С нескольких точек рассказывается о том, как череда их поступков приводит к разрушению старого миропорядка в городе Азиль, убежище под Куполом, где остатки человечества скрываются от мира после экологической катастрофы. Так вот, один брат Каро решает в пику обществу жениться на простолюдинке. Другой брат сначала изображает из себя защитника обездоленных, а, когда его кусают его же подопечные, готов испепелить весь мир. Его жена мучается, как птица в клетке, потому что не любит мужа, а уйти к любовнику не может. Со стороны в историю входят сестра простолюдинки и ее воздыхатель, которые позволяют посмотреть на макабр, происходящий в местном сопротивлении. В общем, классика постапокалипсиса в замкнутом пространстве: социальная стратификация; фашизм; революционеры; разрушающие и без того хрупкий мир; любовь через социальные границы.

В плане основных сюжетных ходов удивил разве что самый финал с его Богом из машины. Конфликт, разрешенный Чудом, выглядел обманом. С другой стороны остальные 95% текста выглядели, если и не правдоподобными, то объяснимыми. Находясь под прицелом камеры, герои двигались понятным образом к ожидаемой развязке, чтобы на последних страницах улететь в неизвестном божественном направлении. Таким образом можно сказать, что я просто не согласен с автором, но в то же время признаю, что бОльшая часть романа - это вполне сносная развлекательная история про страстных людей.

Страсти и вообще острых эмоций у персонажей много. Порой они даже заполняют их полностью, вытесняя все остальное. Отсюда проистекает жестокость одних героев и ситуаций. Соответственно другие герои будут так же страдать. Мир сходит с ума, бьется в падучей, ломая себе руки и ноги, откусывая язык... Ты веришь этим травмам, хотя причины неистовства за гранью моего понимания. Из несомненных плюсов романа следует отметить, что мир получился кинематографичный. Многие описания создают яркую картинку, напоминающую аниме. Быть может, здесь, как и в случае с многими текстами Геймана, лучше бы Семироль написала сценарий, чем роман - киноформат прикрыл бы плоскость персонажей, а декорации, эмоциональный фон и прочие мстители с катаной как родные бы легли в форму японского мультфильма. Можно продолжить купольную тему "Эрго Прокси" без киберпанка.

Кстати, если говорить о киберпанке и о претензиях, то их по сути две. Причем одна, на мой взгляд, проистекает из другой. Эта история очень старомодная, а потому местами неправдоподобная. Киберпанк не наступил, а наступила ретрофантастика. Если не брать во внимание некоторые малочисленные технические нюансы, то подобный роман мог быть написан еще в начале ХХ века. То есть люди и, что немаловажно, французы, после катаклизма за 200 лет срегрессировали в социальном плане до состояния схожего с концом Первой мировой войны, а сами 200 лет ощущаются только, как барьер памяти, а не как история поселения. Например, за этот немалый срок куцая диаспора (меньше 100 человек) японцев не ассимилировалась, и их продолжают шпынять по национальному признаку. Это после нынешнего французского мультикультурализма. Социальная стратификация по Кругам, конечно, напоминает и нынешний Париж, и, чего греха таить, Москву с ее Рублевкой, но сложно поверить, что такие непроницаемые социальные границы не привели хотя бы к минимальным бунтам за 200 лет. Ведь антикоммунистическим достижением послевоенной "демократии" и было создание видимости участия населения с профсоюзами и депутатами в управлении государством. В итоге Азиль вроде бы к этому и идет, но сохраняется вопрос, как умудрились из нынешней Франции сделать фашистское государство без такой видимости. Причем показательным является отсутствие аналитических механизмов в системе водоснабжения второго и третьего Кругов, в отличие от первого. То есть еще на момент организации этого убежища, в нем уже было заложено такое социальное деление.

При чтении вспоминались обрывки сюжетов "Машины времени", "Под планетой обезьян", "Истории служанки", "Поющих в терновнике", "Мы", революционной риторики у Золя и Мьевиля. Прямых цитат нет, но было ощущение уже встречавшихся ходов. Это уже гораздо лучше, чем игра с оперой-прообразом в "Игрушках".

Итого:  Эпиграфом автор выбрала куплет из мюзикла "Ромео и Джульетта". Так вот, пьеса Шекспира - на мой вкус, такая же: история любви, в которой попутно с любовными муками играючи убили трех человек, и которая на сцене выглядит куда лучше, чем в литературном первоисточнике. 
  • Current Mood
    relaxed расслаблен(а)
  • Tags
Лягушатник

"Дети небес"



Первое знакомство с иранским кино. Я на эту ленту случайно наткнулся на рутрекере и не прогадал. Фильм про детей всегда имеет определенную фору - искренность детских слез и конфликт со взрослым окружающим миром вызывают сочувствие. Но здесь мне еще было очень интересно посмотреть на реальность Ирана, снятую неоппозиционным режиссером - можно подглядеть разные детали национального колорита, о которых не часто задумываешься.

Главный герой - мальчик Али, который живет со своими родителями, маленькой сестрой и братиком-младенцом. История начинается с того, как он относит к сапожнику туфли своей сестренки, чтобы тот их зашил. По дороге домой ему пришлось зайти в овощную лавку, чтобы купить немного картошки. Туфельки он кладет на прилавок и нагибается за картошкой, а проходящий мимо мусорщик загребает их вместе с обрывками пакетов и другим мусором к себе в тележку. В результате Али и его сестра вынуждены выкручиваться с одной парой обуви на двоих и попадают из-за этого во все более неудобные ситуации.

Итого: Лучшее кино за последние несколько месяцев.
Лягушатник

Х. Эллисон "Кроатоан"



Отношения между мужчиной и женщиной - вообще штука сложная, а когда туда вмешивается истерия, могут происходить дикие вещи. Главный герой был со множеством женщин, некоторые из них беременили, и завершалось это визитом к двум старым любовницам, работающим в гинекологической клинике. Но случай с Кэрол закончился иначе - герою приходится откинуть крышку канализационного люка  и отправится в темноту, чтобы найти полиэтиленовый пакет...
Атмосферу Эллисон передал прекрасно. Я просто утонул в тексте и выныривал лишь на время коротких переходов между эскалаторами и поездами метро. Этот текст неуютен, но он и не должен быть приятным. Элиссон в предисловии сравнивает его с исповедью, а потому наверх выползают сомнения, склонности и убеждения, о которых редко говорят на публике. Канализация, появляющаяся в середине повествования, к тому моменту не поражает. Читатель уже давно находится в побочных продуктах жизнедеятельности.
Собственно единственной помехой к восприятию является разница контекстов. Если подоплеку некоторых элементов повествований автор раскрывает достаточно полно, то сама история Кроатоана подразумевается известной читателю хотя бы в общих чертах. Без этого теряется полнота образа.

Итого: Тот случай, когда до восприятия текста как великолепного, не хватило всего пары капель. Эти капли должны прозвенеть в финале, но их не было, а осталось затягивающее темное облако, которого следует коснуться.
Лягушатник

Дж. Лансдэйл "Лето бешеного пса"



Прочитано по рекомендации Фантлаба в электронном виде.
В нашем обществе до сих пор есть травма от развала Советского Союза. Она так или иначе ощущается в литературе, кино и даже в банальной рекламе, а точнее в экономии на ней и как следствие в съемке ремейков и повторной экранизации текстов. Новое общество пытается притереться с прошлым, из которого его вырвали практически насильно. Так это я к чему? К тому, что у американцев тоже было такое время, время после Гражданской войны, только тогда еще не было такого количества литераторов и прочих создателей контента, как сейчас. Нужно было пережить отмену рабства и то, что вчерашние "ниггеры" теперь типа как полноценные члены общества. Причем это касалось не только жестоких плантаторов в белоснежных рубахах, но и обычных сельских жителей, которые по сути жили немногим богаче этих черных рабов. Так, как сейчас вытравливают из людей "совок", американцы вытравливали из себя Юг. Судя по некоторым сообщениям в наших СМИ, эта рана у них еще до сих пор не зарубцевалась. Так что физкульт-привет нашим десталинизаторам...
Ландсдэйл обрисовал Техас 30х годов от лица ребенка, который сталкивается со злом. Причем со злом мифическим в лице Козлонога из соседних лесов соседствует зло обычное, человеческое - те самые жестокие южные ценности да таинственный убийца, оставляющий своих жертв на берегу реки.
Детективная составляющая написана неплохо, но ее финал достаточно предсказуем. В отличие от бытовой и психологической составляющей. В сегодняшних кинохоррорах часто хочется накричать на героев за их смертоносный, в прямом смысле этого слова, идиотизм. У Ландсдэйла получилось описать мотивации ребенка так, чтобы в них можно было поверить безоговорочно: быстрая расстановка приоритетов, нерешительность и сельский цинизм. Конечно, все может быть немного подретушировано тем, что рассказ ведется от лица уже состарившегося героя. Вспомнить можно не то, что было на самом деле, но в данном случае логика истории не раздражает. Все неожиданности не смотрятся роялями в кустах, но их хватает. Поэтому читать было очень интересно.

Итого: "В наши дни это звучит жестоко, но тогда ветеринары в округе были редки, да и если бы мы захотели повезти пса к ветеринару, так денег не было. Да и любой ветеринар сделал бы то же, что предстояло сделать нам.
Что еще было по-другому: о таких вещах, как смерть, ты узнавал молодым. От этого было некуда деться. Ты сам выращивал и резал цыплят и поросят, охотился и рыбачил, так что с ней ты сталкивался регулярно. Вот потому-то, думаю я, мы уважали жизнь больше, чем некоторые теперь, и ненужные страдания не должно было терпеть.
А в таких случаях, как с Тоби, от тебя часто ожидалось, что ты сделаешь дело сам, не перекладывая ответственность. Это не было произнесено вслух, но отлично всеми понималось, что Тоби - наша собака и потому это наше дело. Такие вещи считались частью познания жизни".
Собака выживет, уж извините за спойлер.
Лягушатник

Ч. Мьевиль "Кракен"



ГГ работает в Музее Естественной Истории. Он специалист по моллюскам, и его вполне удовлетворяет его неспешная жизнь. Не так давно в его зале появилась настоящая звезда - гигантское головоногое - Architeuthis dux - с десяток метров белесой наформалиненной плоти в банке. Необычный экспонат через некоторое время необычно исчезает, а вокруг ГГ начинается фантасмагорическая круговерть, ибо туча сект в Лондоне подняла архитевтиса на знамя грядущего конца света. Один Апокалипсис можно предотвратить (доказано Голивудом), а вот с множеством, наслаивающихся друг на друга придется попотеть. На 600х страницах ГГ сталкивается с различными сущностями, верованиями и просто маргинальными личностями.
Два ужасных убийцы, которых боятся все. Вычеркивание людей из истории. Тайный мистический Лондон, который скрывается за фасадом. Это можно сказать и про "Кракена" и про "Задверье" Геймана. Последнее произведение более комиксовое и с большим заигрыванием с лондонскими топонимами. "Кракен" серьезнее, но порядком затянутее. Но в целом романа достаточно похожи.
Из глобальных плюсов романа назову предельную вразумительность культов, порожденных Чайной. Большинство авторов при построении религий отталкиваются от наиболее распространенных систем прошлого. Мьевиль шагнул в сторону. В первую очередь здесь в большинстве систем нет понятия "спасение", "грех" и "посмертие". Есть просто Море, которое может порой наделить благодатью, но чаще всего оно активно молчит. Есть Бог Кракен, который просто непознаваем и неизвестен. Есть Лондон, который дышит и кричит. Христа тут вспоминают редко.
Во-вторых, персонажи получились достаточно яркие. Неадекватный мир требует маргиналов, способных принять бессистемность как систему. Причем переход из реалистичного состояния к спутанному не занимает много времени, что доказано главгероиней. Просто в какой-то момент нужно начать копать. Потом уже бессмысленно кричать: "Горшочек не вари!".
Наконец, роман хоть и повествует о божественных сущностях, но в то же время он очень человечен. Люди могут достигнуть многого, если пойдут своим путем, а могут сгинуть в терках с Поверенными Гигантского Кальмара и Служками Будды-Христа.
К сожалению, есть и недостатки. Как я уже сказал, роман получился затянутый. Причем дело не в реальном объеме, а в отсутствии драйва. Герои бегают по городу, воюют и пытаются разобраться что к чему, но постоянный бег быстро приедается. Все-таки нужны порой перекуры, флешбеки или, хотя бы, размышления о созданном мире. Хотя быть может, что я просто ждал слишком многого от этой книги. Фигура Мьевиля, премии, восторженные отзывы и длительное соплежуйство Эксмо с изданием книги - все это выставило планку очень высоко, но, по-моему, роман до нее не дотянул. ИМХО "Железный Совет", не говоря уже о "Шраме", был порядком выше. "Кракен" ближе к "Крысиному королю": и по сеттингу, и по атмосфере.

Итого: Роман неплохой, если не ожидать от него божественного откровения. Эпохальных и неожиданных идей и образов тут, по-моему, не появилось. С другой стороны есть, о чем поразмыслить и позабавиться перебором меж версиями о том, кому же все-таки понадобилась дохлая морская зверушка.
Лягушатник

М.Муркок "Поджог собора"



Третья повесть из "Городов". До этого не читал у Муркока ничего про Джерри Корнеллиуса. Первый опыт неудачен. На ФантЛабе кто-то назвал это поздним творчеством Муркока и новым Мультиверсумом. Что ж, если последующий опыт будет в таком же ключе, то я просто отсеку вещи, написанные позднее какого-то года из требующихся к ознакомлению.
Мешанина из книжных и газетных цитат и разговоров десятка героев, которые наверно знакомы "полным фанатам" Муркока. Но мне известны лишь Уна Перссон и полковник Пят(коего переводчик Георгиев назвал Пайетом). Возможно это не мешанина, а продолжение прошлых сюжетов, которые мне неизвестны. В результате эта подборка пасхальных яиц осталась для меня непонятной. Это даже не Джойс.

Итого: Обидное шатание одного из любимых писателей. Неясно также какого хрена эта повесть делает в антологии посвященной Городам.
Лягушатник

Венигрит

Наконец выходные!!!

События нескольких прошлых прошлых недель:

1) Стал фанатом Sandman'a. И сразу получил фанатскую проблему: плохое знание Иняза привело к зависимости от переводчика. Хочи еще хоть пару номеров.

Когда читал  геймановское "Задверье", постоянно сравнивал книгу и сериал. Гейман прекрасно создает персонажей, а сюжет уходит на второй план. Поэтому сценарии и комиксы дают ему полную свободу творить интересные личности(Карабас, Морфей, Вольдемар с Круппом...). Огромным плюсом стала работа с DC, так как в новеллах появились и их стандартные психопаты // Ах-ах-хм АРКХЕМ...

2)Колобок водил отряд Лучников по Mozgoff'y


потихоньку начинаю верить, что город когда-то выглядел нормально. Особо порадовала Церковь Рождества Пресвятой Богородицы на Кулишках на Стрелке. Классическая архитектура начинает производит на меня благостное впечатление.



3) на lib.ru появился новый альбом Башни Rowan. Я опять валяюсь с плеером в обнимку.
Особые эмоции вызывают песни "Кафе"Хамелеон" и "Благословение". Но они лишь первые среди равных.

Башня 4ever!!!

получил наконец 26 серий Cowboy Bebop. Это еще одно анимэ, которое я в состоянии смотреть. Или я просто качусь по наклонной.
Также по кино - к собственному удивлению нашел в магазине фильм Петра Зеленки "Хроники обыкновенного безумия"(2005).Теперь готовлюсь к полутора часам хорошего смеха. // С какого-то пeрепуга я забыл диск в MozgOff'e. Чешское кино рулит! 

5) Кажется наконец сдал химию. Все-таки иногда этот Шизофреник мудрит в миротворении:)))

//Богу!!!
По шее!!!
Бритвой!!!
Оккама!!!
 

6)Конец Света не наступил.

//Можно пить, веселиться,
Не работать и не бриться!
Вот теперь я  - человек! (О Арефьева)