Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Лягушатник

М. Крайтон "Штамм "Андромеда"


Программа "Скуп" разработана американцами для исследования ближнего космоса. Серия спутников выводится на орбиту, а затем спускается на землю. Цель - поиск микроорганизмов, способных выживать у верхних слоев атмосферы. Первые шесть запусков не приносят ничего, а седьмой терпит крушение около аризонского городка Пидмонт. Поисковые группы обнаруживают населенный пункт почти полностью вымершим. Правительство запускает программу под кодовым названием "Лесной пожар". Группа ученых, снабженная самым современным оборудованием, должна побороть инфекцию неземного происхождения.

В университетах и на всевозможных курсах такое называют "метод конкретных случаев" или case-study. Неважно, что ситуация со штаммом Андромеда сугубо фантастична. Гипотетическое заражение служит основой для выработки регламента. Так же военные отрабатывают на учениях гипотетический конфликт "синих" и "красных". Разработанный план должен помочь ученым достичь цели вне зависимости от конкретного состава исполнителей. Это и играет с романом злую шутку: герои получились безликими. Крайтон рисует их бегло, не заморачиваясь психологией. Это хорошо для того самого "метода конкретных случаев", а вот читать скучновато.

Атмосфера нарисована красиво. Крайтон с восхищением описывает современные технологии и аппараты, используемые в микробиологии и вирусологии. Желчно-завистливые отношения в научной среде расписаны со знанием дела.

Вопросы у меня вызвали некоторые детали. "В обстановке строжайшей тайны тридцать четвертая авиадесантная дивизия, дислоцировавшаяся тогда в Эвре, под Парижем, была поднята по тревоге, чтобы разыскать спутник и вернуть его хозяевам. Эта дивизия приводилась в боевую готовность при любом космическом запуске — таковы были условия программы «Скраб», плана, разработанного для прикрытия и возврата пилотируемых кораблей «Меркюри» и «Джеминай» на случай, если приземление одного из них по необходимости произойдет в Советском Союзе или в социалистических странах". История о дивизии сопровождения заинтересовала, но я не смог найти про нее никакую информацию. Вероятно, автор ее придумал. Только неясно зачем. Она не появляется ни здесь, ни позднее. Я всегда относился к Крайтону как, в том числе, и источнику научной информации. Теперь его репутация испортилась. Интересные факты нужно дополнительно проверять.

Итого: Для 1969ого года очень хорошо. Стилистика растет не из приключенческих романов про дальние страны и диковинки. Наоборот все написано очень близко к лабораторной реальности. Вот за атмосферу прочитать стоит.
Лягушатник

Фотопак по Ирану-2018-XXXI: Хамадан

Окрестности Хамадана по внешнему виду напомнили юг России. За окном проносились то ли Крым, то ли Ставрополье. В регионе выращивают пшеницу, ячмень, рапс, что только дополняет сходство.
Untitled

Collapse )
За экскурсию огромное спасибо чуваку Mr Tehran и воителю Мохамеду, который провел за рулем порядка 13 часов. Под конец поездки было видно, насколько парень вымотался.
Лягушатник

Байес

Прошел на Курсере "Bayesian Statistics: From Concept to Data Analysis". В основном по субтитрам, потому что с английским у меня все так же плохо. Курс состоит из 4 модулей. Первые три прошли хорошо, а вот в четвертом я забуксовал: теория сделала шаг в бок, а многие вещи изложены бегло с постоянным намеком на использование софта вместо погружения в матан.
Лягушатник

Коллаж исторический

Техническая кибернетика | Цянь Сюэ-Сэнь #1

"Книга Цяня "Техническая кибернетика" является первой выпускаемой на русском языке монографией по новому разделу науки - кибернетике. Кибернетика - наука о построении систем из механических и электрических компонентов для осуществления устойчивых целенаправленных действий. Книга рассчитана на широкие круги инженеров, интересующихся теорией этих вопросов, а также на научных работников и студентов старших курсов технических вузов". (Озон.ру)

1956ой год. Издали в Союзе книгу китайского автора по кибернетике прежде, чем работы Норберта Винера.

"В ходе начавшейся в США в 1950-х «охоты на ведьм» ФБР обвинило Цяня Сюэсэня в «пособничестве коммунистам», ссылаясь на документ Коммунистической партии США 1938 года, содержавший его имя. Цянь был отстранён от секретных работ по ракетной тематике и фактически посажен под домашний арест. Через две недели учёный объявил о своём намерении вернуться в Китай, написал обращение к премьеру Госсовета КНР Чжоу Эньлаю и 17 сентября 1955 года отправился на родину". (тетя Вика)
Лягушатник

А. Андреев "Веревка"


Мне нравятся книги Алексея Андреева. Их интересно читать. Под незатейливым сюжетом всегда лежит гигантское пространство деталей и идей. Ты путешествуешь по нему вместе с героями, постоянно удерживаясь, чтобы не заглянуть в Википедию и проверить правда ли то, что пишет автор. Чаще всего это правда.

Главный герой вернулся из отпуска. В России его вновь встречает офисная рутина: совещания, договора, командировки. Он научный консультант в пиар-агентстве. Перевинщиной и минаевщиной тут и не пахнет. Фирма у Андреева превращается в маленькое современное НИИЧАВО. В основном в этом заслуга именно главного героя, который далек от офисных интриг и бюрократического спихобола. Его консультации превращаются в магию, основанную на последних исследованиях в области этологии, психологии и информационных технологий. Общество нулевых-десятых превращается то в стаи обезьян, охотящихся за бананами, то в колонии бактерий. Вся первая часть - это череда полуанекдотических историй, раскрывающих картину мира главного героя.

Вторая часть начинается резко. Вслед за медведевскими инновационными годами ушла и фирма. Главный герой остепенился, но неожиданный заказ от дальневосточного бизнесмена выливается в залихватскую научную экспедицию. Цель - найти неизвестную науке веревочную фигуру. Такие в школе делали многие, играя в "колыбель для кошки". У Андреева эта забава превращается практически в космологическую дисциплину, связывающую многие народы мира.

Итого: Проза Андреева не горчит. Она наполнена здоровым позитивным взглядом на окружающий мир. В его реальности есть и ГБня, и Навальный, и клятые американцы, но все это не так важно, как например, часы проведенные с родной дочерью. О том, как страшно жить, пусть пишут другие. Они о науке и о детских веревочных играх вряд ли напишут.
Лягушатник

Из "Утра магов"

"Когда закончилась последняя мировая война, 8 мая 1945 г., специальные миссии стали немедленно разъезжать по побежденной Германии. Доклады этих миссий были опубликованы. Один только их каталог насчитывает 300 страниц. Германия отделилась от всего остального мира лишь в 1933 г. За 12 лет техническое и научное развитие рейха пошло иными путями, странно разошедшимися с нашими.

И если немцы отстали в области атомной бомбы, то создали гигантские ракеты, не имевшие равных ни в Америке, ни в России. Если они не изобрели радара, то создали столь же действенные детекторы инфракрасных лучей. Если они не изобрели силиконов, то развили совершенно новую органическую химию (химию восьмиатомных звеньев углерода). За этими радикальными различиями в области техники — еще более разительные различия в философии…
Они отвергли относительность и частично пренебрегли квантовой теорией. Их космогония ошеломила астрофизиков противной стороны: это была теория вечного льда, где планеты и звезды были ледяными глыбами, плавающими в космосе (см. вторую часть этой работы).
Если такие пропасти могли возникнуть за 12 лет в нашем современном мире, вопреки всем обменам и связям, то что думать о цивилизациях далекого прошлого? В какой мере наши археологи квалифицированны для того, чтобы судить о состоянии науки, техники, философии, других знаний майя или древних кхмеров? Мы не попадаем в ловушку легенд о Лемурии или Атлантиде. Платон воспевал в «Критии» чудеса исчезнувшего города. Еще до него Гомер упоминал в «Одиссее» о сказочной Шерии, возможно, имея в виду Тартесс, легендарный Тарших — цель путешествия Ионы. Тартесс в устье Гвадалквивира — самый богатый горнодобывающий город мира — квинтэссенция цивилизации. Он процветал невесть когда в прошлом, этот хранитель мудрости и тайн. Около 500 г. до н. э. он совершенно исчез, неизвестно как и почему. Возможно, Нуминор, таинственный кельтский центр пятого века до н. э. — это не легенда, но о нем нам практически ничего не известно (см. работы проф. Толкиена из Оксфорда)."
(Л. Повель, Ж.Бержье "Утро магов")

«Неоконченные предания Нуменора и Средиземья» как цитируемый источник по древним цивилизациям - это сильно. Жду ссылки на Лавкрафта, как специалиста по ихтиологии из Провиденса.
Рабочее

Диссертационное

"Нехуй фильтровать базар!" - краткое резюме минувшей пары дней. Я несколько месяцев бился с экспериментальными отфильтрованными данными. Они были гладкими и красивыми, но качественно расходились с теорией. Раз за разом я прогонял процедуру обработки, выбрасывая точки и сдвигая графики так, что из них пропадали все переломные моменты.
Лягушатник

А. Шалимов "Тайна Гремящей расщелины"


Повесть оставила странное впечатление, потому что ее положительные черты переплелись с отрицательными достаточно хитро. Благо отрицательные проявились в полной красе лишь к финалу, оставив мне горькое послевкусие.

Александр Шалимов по основной профессии был преподавателем Горного института. Поэтому в первой части книги можно наблюдать воодушевляющие наивные зарисовки на тему научного сообщества. Два друга-геофизика по настоятельной просьбе из МИДа должны отправиться в Монголию для расследования крушения американского спутника совместно со специалистом из США. Наивность этого мероприятия я могу объяснить только неким шестидесятническим флером и форматом цензуры начала 60х. То есть подготовка экспедиции и некоторые околонаучные разговоры в ней показаны, во-первых, ужасно уютными, а во-вторых, свободными от военно-идеологической надстройки сталинской эпохи вкупе с горячими рассуждениями о строительстве коммунистического рая. Кроме того, в этой версии Советского союза есть несколько странных явлений: расследование крушения вражеского спутника доверяют ученым без привлечения военных; вражеских специалистов в принципе допускают до расследования на территории "шестнадцатой республики СССР", у которой на тот момент даже нет дипломатических отношений с США; отсутствуют отсылки к военному опыту, будто Великая отечественная прошла для героев незамеченной. Именно из-за этих вольностей в романе создается атмосфера советской науки, какой бы она могла быть, если бы ее не штормило вместе со всей остальной страной. Холодная война была бы рыцарским соревнованием, в котором бы сошлись уважающие друг друга противники, представляющие две разные идеологические системы. Главное - вечный научный поиск на благо Будущего. Идеология не сковывает, а побуждает. Именно в этом уютном призраке кроется чудовищное обаяние повести.

Теперь о горьком послевкусии. Не раскрывая той самой тайны Гремящей расщелины, могу сказать, что создание новой научной гипотезы в данном случае выглядело оглушительной лавиной. Один из главных героев полностью лишен самокритики, и потому молниеносно связывает все странные факты с азартом нынешних лженаучных мошенников. Это при том, что критика чужих научных теорий в диспутах первой части повести выглядела очень пристойно. Печально, что в финале Остапа понесло. Картинка получилась весьма заманчивой, но факты соединенные на скорую руку надо еще проверять и проверять. По сути это тоже наивность, но уже не вызывающая симпатии.
Эта повесть написана в 1962 году, когда советская фантастика все же была больше вытеснена в область литературы для детей и юношества. Поэтому некоторая наивность и утопичность несомненно допустимы, но все же не до степени захлебывающегося восторга, которым обозначен финал

Итого: В данном случае, мы имеем тот самый любимый Михаилом Елизаровым "СССР, каким он мог бы быть". Прочитать следует не критики ради, а для того чтобы поймать хоть ненадолго призрак советской науки без идеологического ярма.
Лягушатник

К. Циммер "Паразиты: Тайный мир"



Хорошая литература должна подталкивать читателя к изменениям. Читать то, с чем ты изначально согласен - дело временами приятное, но бестолковое. Чтение научно-популярной литературы не исключение. Облизывание давно известных фактов с присовокуплением анекдотов из личной жизни ученых вызывает тоску. Книга про паразитов к этой группе не относится. Она меняет представление о мире уже хотя бы тем, что заставляет задуматься о том, что мы усиленно  гоним от себя. Ведь паразиты - это грязь!/фу!!/FUCK!!! и т.д. После прочтения "неназываемые" выходят из сумрака и становятся чуточку более понятными.

Циммер постепенно раскручивает спираль повествования. Все начинается с наблюдения за тем, как как паразитарные инфекции портят жизнь людям и животным. Знакомый автора берет лягушку, шмякает ее об раковину и начинает препарировать, вынимая из нее живых существ, одного за другим, как кроликов из шляпы. Дальше автор рассказывает, что люди уже не одно столетие наблюдают таких иждивенцев и строят теории о том, кто это такие и как они живут. Даже Дарвин и его первые последователи не могли непредвзято дать паразиту место на древе жизни, делая его тупиковой ветвью. Но Циммер продолжает набрасывать факты и приводит к тому, что во-первых, паразиты - одни из наиболее быстро эволюционирующих существ, а во-вторых, в целом ряде случаев именно они ответственны за эволюцию и естественный отбор среди своих хозяев. В финале автор приводит уже совсем обескураживающие обобщения, согласно которым даже секс появился для сопротивления паразитам.

Паразиты изменяют этот мир. Они изменяют ДНК хозяина. Они изменяют, а иногда и замещают его органы. Они способны изменить даже его поведение. Самым забавным тезисом является то, что даже столь нежная любовь человека к кошкам может быть вызвана паразитами. По крайней мере, ряд исследований показывает, что поведение людей, зараженных кошачьим токсоплазмозом (а им заражены более 50% людей на Земле), изменяется.

Итого: Эта книга напоминает фантастический роман, хотя бы потому что в ней показаны множество очень далеких от нас рас со своими стремлениями, моделями поведения и стратегиями выживания. Взять хотя бы то, что часть паразитов должна для успеха в течение своей жизни сменить подряд хозяев из трех различных видов. Великое путешествие про микрокосму организма хозяина, когда в детстве ты живешь в кишечнике, а в период размножения должен смещаться в руки или ноги, то же дорогого стоит. В итоге начинаешь строить свои фантастические предположения вроде того, возможен ли не социальный, а физиологический паразитизм между существами одного вида.