Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Лягушатник

Онижедети и переписка с властями

"Соня Светилович была потрясена жестокими, грубыми событиями той ужасной ночи. Она заболела. Недели две пролежала она в беспамятстве. Боялись, что она умрет. Но она была девочка сильная, и одолела свою болезнь.

В тяжелом горячечном бреду носились перед бедною девочкою картины кошмарной ночи. Приходили к ней серые, лютые демоны, с тусклыми оловянными глазами, свирепо издевались над нею, и безумствовали. Некуда было спастись от их гнусного неистовства.

...

Доктор Светилович, конечно, не мог спустить полиции ее неправильных действий. Он пожаловался на полицию губернатору и прокурору, написал тому и другому обстоятельные прошения. При этом он более всего заботился о том, чтобы в его прошение не вкралось как-нибудь оскорбительных для кого-нибудь выражений.

...

Через несколько дней после подачи прошения доктором Светиловичем в его квартиру явился полицейский пристав. Он вручил доктору Светиловичу под расписку серый шершавый листок с оттиснутым в левом верхнем углу штемпелем Скородожского губернского правления и пакет от прокурора. В пакете был вложен согнутый вчетверо белый плотный лист с красиво напечатанным бланком прокурора. И на шершавом сером листке, и на плотном белом бланке излагались, приблизительно в одинаковых выражениях ответы на жалобы доктора Светиловича. В этих ответах уведомляли доктора Светиловича, что по предмету его жалоб произведено обстоятельное расследование; далее говорилось, что основательность указаний доктора Светиловича на якобы незакономерные действия чинов полиции и на то, что задержанные в лесу девицы были подвергнуты побоям, не подтвердилась".

Ф.Сологуб "Капли крови" - 1907 год.
Лягушатник

М. Лейнстер "Мёртвый город"

Археолог разрушает свою карьеру, доказывая, что нашел нержавеющий нож в слоях восьмитысячелетней давности. Однако, он смог разбогатеть и собрать свою собственную экспедицию в те места. В результате нашлись еще несколько ножей, а также следы мертвого города, которого просто не могло быть.

Начало вышло интригующим хоть и прозрачным. Если в рассказе возникают древние технологии, превышающие наш современный уровень, то скорее всего скоро на сцене появятся инопланетяне. Впечатление испортила развязка, достойная боевика категории C. Удачная закладка взрывчатки решает все проблемы.

Итого: Рассказа мне показался абсолютно проходным. Безликие герои проходят через примитивный сюжет с избитыми фантдопущениями. ИМХО даже в 1946ом это не было изобретательным.
Лягушатник

Ж.К. Гранже "Земля мертвых"


На данный момент "Земля мертвых" - один из самых свежих романов Гранже. Автор отступил от переделок тех тем, что уже были в "Пассажире", "Империи волков", "Мизерере" и "Братстве камня". Здесь нет замкнутых сообществ (религиозных, профессиональных, политических), нет ярко выраженных психопатий и нет погружения в политико-исторический контекст. "Земля мертвых" куда больше укоренена в дне сегодняшнем. Граница между повседневностью и реальностью преступления, которую переступает главный герой, лежит в этот раз в области плотских утех и общественной морали.

Главный герой - выходец из приюта, остановившийся наркоман, а ныне следователь полиции. Параллельно с расследованием проходит его развод и судебная волокита по поводу опеки за сыном. Их конфликт с женой был вызван ее специфическими сексуальными пристрастиями из области БДСМ. Годами это увлекало главного героя, но в какой-то момент ее поведение и манипуляции все больше внушает опасение, ибо может сказаться на психике их ребенка. Удачное завершение расследования должно стать его козырем в деле об опеке. Никто не сможет отказать герою.

История раскручивается вокруг двух убитых стритизерш, чьи обезображенные тела были связаны нижнем бельем в странных позах. Подозреваемый обнаруживается достаточно скоро. Это гениальный художник, отсидевший 17 лет за преступление, которое очень напоминает современные убийства. Узнавая его, следователь видит свое страшное отражение. Оба выходцы из низов, оба в молодости совершили убийства, оба теперь являются уважаемыми членами общества. Вот только подозреваемый - воплощение пороков, выставленных на показ. Убитые были его любовницами, двумя из множества других. Он не скрывает этого, гордится своей сексуальной необузданностью. Статус гения позволяет шокировать публику яркими признаниями, потому что либеральная общественность видит в нем жертву Системы, освободившуюся от оков ханжеской морали через искусство.

Гранже добавляет перчику в роман, создавая страшные образы коммерциализированной сексуальной свободы. Стриптиз-бары с роскошными шоу, БДСМ-клубы с разнузданными оргиями, органическое интернет-порно, в котором зрители сами выбирают каким извращениям подвергнуть актрис. Эти страницы раздражают и пугают и в то же время притягивают внимание тем самым отсутствием этических и физиологических ограничений. Порнография как она есть.

Итого: "Земля мертвых" - качественная развлекательная литература, щекочущая читателю нервы. Для этой цели Гранже использует несколько взаимосвязанных конфликтов. Главный герой поставлен в условия, когда проигрыш даже в одном из них приведет его к гибели. Развязка становится предсказуемой достаточно поздно, где-то за 15 % до конца романа.
Лягушатник

Д. Швайцер "Маска чародея"



Книга Швайцера попала ко мне с Фантлаба с биркой "необычное фентази". Захотелось странного - получите.

Главный герой вырос в городе на берегу Великой Реки, играя со своей сестрой и окрестными мальчишками. Постепенно старые знакомые начинают сторониться мальчика, потому что его отец занимается черной магией. Ребенок пытается не замечать ничего, пока однажды не умирают родители, а потом пропадает сестра. Герой отправляется на ее поиски и сталкивается с историей, которая длится уже много веков. Его судьба - проникнуть в Царство мертвых и понять на своей шкуре, что значит стать чародеем. В нем зазвучат голоса колдунов прошлого. Самым страшным будет голос его отца, который хотел коварно укрыться между жизнью и смертью, но погиб от рук собственного сына.

Роман не похож на привычное современное фентази. Во-первых, Швайцер создал мир Великой реки, напоминающий древний Египет. Ключевое здесь не сама Река; гробницы древних царей, затерянные в песках; и боги-звери. Главная удача - создание психологии языческого общества, в котором нет понятия греховности, разделения людей на верных и неверных, расплаты в посмертии. Мир Швайцера лишен глобальных Добра, Зла, Хаоса и Порядка. Нет даже философских группировок, пытающихся заковать мироздание в стройные схемы. Жизнь великого чародея не превращается в очередное сопротивление Концу света, потому что созданный мир стабилен, несмотря на перемены.

Во-вторых, история подана в специфической форме. Герой рассказывает о своей жизни как об эпосе. После путешествия через Царство мертвых повествование приобретает явственный привкус шаманизма - свободного перетекания между реальностью и миром духов. Рассказчик безжалостно объективен и отстранен, рассматривая цепь событий в целом, без крупных планов. Быть может, в этом спасение от безумия. Если включить эмоции, то от увиденного можно было бы свихнуться влет.

В-третьих, в итоге "Маска чародея" вместо развлекательного чтива предстает психологическим романом. Через фантастические события открывается внутренний мир героя. Ведь через весь роман проходит конфликт чародея и его отца. Голоса, звучащие в голове, становятся воплощением эдипова комплекса с отеческим давлением; неприятием грязных методов со стороны мальчишки-идеалиста; попытками отца сделать из сына свою усовершенствованную копию. Отдельная прозрачная тема - это заторможенная сексуальность главного героя, потерявшего мать. Когда он стал чародеем, его психологическое взросление остановилось. Вечный мальчик не воспринимает ни собственную телесность, ни чужую. Отсюда же сложный образ Дома, в котором он вырос и потерял всех родных. Проходят годы, герой покрывается шрамами, но раз за разом возвращается в одну и ту же комнату, пытаясь найти в ней покой.

Итого: У Швайцера получился любопытный роман-сновидение. Порой от чтения такой психоделики быстро возникает пресыщение от избыточности образов. В "Маске" этого нет. Наверно, в том заслуга самобытного и нечеткого мира. Духи снов приходят и уходят, дополняя историю новыми деталями. Назвать чтение захватывающим я не могу, но оно действительно любопытное.
Лягушатник

Ч. Мьевиль "Три момента взрыва"



Чайна Мьевиль прекрасен в крупной форме. В романах раскрывается его талант архитектора. Сюжетные линии пролегают через сложные системы из множества объектов. Фантастика здесь имеет статус элемента реальности, как приливы, эхо или электричество. Мьевиль заставляет элементы двигаться, взаимодействуя с вполне обыденными являниями. Одно из этих взаимодействий описано еще Карлом Марксом: "Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание".

Чайна Мьевиль ставит читателя перед движущимся автоматом. Движение завораживает, стягивая взгляд. Читатель не замечает логические бреши и нестыковки. Ведь система в данном случае это лишь аттракцион, декорация, макет под названием "Что было бы если?". В некоторых романах автору не удалось выдержать темп, и читатель замечает нитки и гвозди еще во время представления. У меня так было с "Кракеном" и "Городом и городом".

Чайна Мьевиль оставляет вопросы. Практически во всех романах есть очень яркие моменты, которые остаются без объяснений. И вот теперь можно поговорить о сборнике "Три момента взрыва". Чайна Мьевиль очень сильно зависит от объема текста. Он прекрасен в романах, он неплох в повестях, он слаб в рассказах. Микрорассказы пролистываются и не оседают в голове. На двух-пяти страничках Мьевиль просто расписывает ручку, сочиняя шуточные фантасмагории, в которых кроме одного-двух ярких образов нет ничего. В этом сборнике примерами этого являются сценарии трейлеров к придуманным фильмам.

Спасает сборник средняя форма, рассказы на 20-30.страниц. Для себя я отметил тексты "Пойна Кулли", "Джанкет", "За склонами" и "Шпунтовка". В них хороша таинственная атмосфера. Мьевиль умеет создавать интригу, сталкивая своих героев с мистическими событиями или загадочными происшествиями. Здесь же наиболее болезненно проявляется его манера оставлять вопросы. Дело в том, что в средней форме часто наблюдается специфический монтаж описания "странной" реальности и истории главных героев. Тексты оставляют ощущение неполноты. Ты видишь большую часть того, что происходило с героями, столкнувшимися со "странной" реальностью, но не можешь полностью понять что же, черт возьми, произошло. Например, в финальном рассказе "Эскиз" явственно ощущается, что рассказчик знает обо всем неспроста, но какова его роль в таинственных происшествиях, остается загадкой.

Итого: "Три момента взрыва" - показательный сборник Мьевиля образца 2015 года. В книге видны многие плюсы и минусы его творческого метода. Причиной этому обрывочность, недокрученность многих рассказов. При чтении видны те детали, которые в романной форме непременно бы оказались прикрыты. Читать же сборник стоит для удовольствия от мьевилевской странности происходящих событий.
Лягушатник

Г. Грин "Наш человек в Гаване"



В прошлом году я посмотрел "Портного из Панамы", снятого по книге Джона Ле Карре. Поэтому впечатление от Грэма Грина осталось неоднозначное. Завязка и некоторые ходы повторялись вполне прозрачно. В википедии написано, что Ле Карре вдохновлялся романом Грина, но ИМХО здесь гораздо более глубокая связь. Портной был пастишем к Гаване. Хороший пример, когда вторичный текст получился глубже первоисточника.

Если же говорить про сам роман Грина, то это хорошая британская сатира. Англичане уважают свою имперскую систему, но временами ехидно над ней подтрунивают. Мол, вот британская разведка охватила весь мир, но каково качество ее агентов на местах? В центр летит ворох впечатляющей дезы, количество которой важнее с точки зрения кошелька, чем качество. Странные донесения обрабатывает куча кабинетных сэров и маститых офицеров, а дальше все по сэру Уинстону Черчиллю: "Политик должен уметь предсказать, что произойдет завтра, через неделю, через месяц и через год. А потом объяснить, почему этого не произошло". Роман Грина  рассказывает об авторе такой дезы: почему она появляется, как разрастается и как пузырь схлопывается.

Итого: Роман написан бывшим офицером британской разведки, прошедшим Сьерра-Леоне, Португалию и Индокитай. Поэтому остается поверить, что часть этого абсурда действительно имела место быть.

Заставил задуматься эпизод общения с местным полицейским:
"- Вы его пытали?
Капитан Сегура расхохотался.
- Нет. Он не принадлежит к тому классу, который пытают.
- Я не знал, что и в пытках есть классовые различия.
- Дорогой мой мистер Уормолд, вы же знаете, что есть люди, которые сами понимают, что их могут пытать, и люди, которые были бы глубоко возмущены, если б такая мысль кому-нибудь пришла в голову. Пытают всегда по молчаливому соглашению сторон.
- Но пытки пыткам рознь. Когда они разгромили лабораторию доктора Гассельбахера, это ведь тоже было пыткой...
- Мало ли что могут натворить дилетанты! Полиция тут ни при чем. Доктор Гассельбахер не принадлежит к классу пытаемых.
- А кто к нему принадлежит?
- Бедняки моей и любой латиноамериканской страны. Бедняки Центральной Европы и азиатского Востока. В ваших благополучных странах бедняков нет, и поэтому вы не подлежите пыткам. На Кубе полиция может измываться, как хочет, над эмигрантами из Латинской Америки и прибалтийских стран, но и пальцем не тронет приезжих из вашей страны или из Скандинавии. Такие вещи без слов понимают обе стороны".


Странное достижение Великого Октября - непытуемых в своей стране не стало. Лучше это или хуже - не мне судить.
Лягушатник

Б. Келлерман "Голубая лента"



 "Туннель" Бернгарда Келлермана я читал года три назад, и он оставил приятное впечатление. А пару месяцев назад ко мне в руки неожиданно эта красная "Голубая лента". Из-за такого совпадения я решил довериться автору еще раз и отправиться за ним в "морской роман", написанный в 1938ом году. Время написания имеет значение для восприятия текста. Эта история создана в те дни, когда автор находился во "внутренней эмиграции". Симпатизирующий левым, он хоть и не попал в тюрьму, но был исключен из академии искусств, а один из его романов "Девятое ноября" был публично сожжен. В сложившейся обстановке писатель начал создавать истории, далекие от окружающей действительности: действие отнесено в прошлое и подальше от Германии.

Роман начинается с авторского предисловия, в котором рассказывается о катастрофе Титаника, послужившей основой для "Голубой ленты". Сейчас эта история больше известна по фильму Кэмерона, поэтому как справка предисловие малоинтересно. Однако, помимо информации этот авторский ход сразу дает напряжение. Чтение постоянно сопровождается тиканием. Ты с самого начала знаешь, что катастрофы не избежать. Поэтому остается надеяться, что понравившиеся конкретно тебе персонажи все же выживут или хотя бы смогут разрешить свои внутренние конфликты перед смертью. Это создает подспудное напряжение в неспешном повествовании Келлермана.

Годы после "Туннеля" и метаморфозы немецкого общества отняли у автора его позитивное отношение к прогрессу. Если в романе о туннеле под Атлантикой, восторг перед человеческой волей смешивался с ужасом от цены катастрофы, то в "Голубой ленте" восторга у автора нет. Даже описания гигантского лайнера, шедевра инженерной мысли, не восхищают. Люди, облеченные властью, амбициями и деньгами, мельтешат по верхним палубам роскошного металлического ящика. Где-то на нижних палубах и в машинном отделении есть и другие люди, "представители угнетаемых классов" и вынужденные эмигранты, но им не находится места в повествовании. Они бы уплыли любым другим судном, сложись обстоятельства иначе.

Повествование раз за разом фокусируется на десятке персонажей, но основное внимание отводится известной пецице Еве Кёнигсгартен и журналисту Уоррену Принсу. Первая на корабле встречает своего бывшего мужа, который при разводе отобрал ребенка и по-прежнему продолжает ее ревновать ко всем ухажерам. Келлерман рассказывает всю судьбу певицы, показывая, что врожденный талант требует серьезной ежедневной работы, направленной на результат. Бывшему мужу певицы, гениальному композитору, оказалось невозможно это понять. Его требования были слишком догматичными и недопускающими органичное развитие. Такие же непомерные требования привели по сути к гибели гениального корабля. Слишком большие скорости не позволяют разглядеть притаившуюся опасность - и вот ты уже летишь мордой об землю.

Журналист сначала кажется обычным амбициозным юнцом. Он с восторгом носится по кораблю, берет интервью у сильных мира сего. Он каждый вечер появляется в радиорубке и строчит сообщения для шефа в Штатах. Постепенно его восторженность начинает утомлять. Начинаешь ощущать, что желание оседлать прогресс лишает его человечности. Его душевных треволнений хватает только на пару дней, а то и часов, а дальше ощущения приглушаются и он вновь несется навстречу своим карьерным вызовам. Столкновение с айсбергом ничему его не научило. Быть может, еще один айсберг ждет впереди.

Итого: "Голубая лента" не самый захватывающий роман. На мой взгляд в сумме небольшой объем, большое количество персонажей и недостаточная эмоциональность сделали героев плоскими. Трагедии большей части масок вызывают понимание, но не сочувствие. Сколько бы ни был автор левым, но изображение магната с нотками симпатии не должно заканчиваться безликой гибелью. Мог бы хоть недолго посидеть с каждым.