Category: технологии

Category was added automatically. Read all entries about "технологии".

Лягушатник

Сырное

Взял сегодня очередную версию отечественного камамбера. Производитель - "Вершина Валдая". Брал после комментария продавщицы, что их сыр растекается. Она не обманула, сыр действительно жидкий на срезе. А вот "носочного" запаха зрелого камамбера нет и в помине. У меня возникли сомнения в аутентичности примененных технологий. Такое впечатление, что белую плесень вырастили на плавленном сыре для повышения "схожести" при коротком сроке изготовления. Вкус вполне приличный, но хочется совмещения всех органолептических качеств.

Продолжаем импортозамещение)
Лягушатник

Г.Л. Олди "Бык из машины"



На этот раз кибернуарный детектив. «Бык из машины» - фантазия на тему недалекого будущего, где объемы данных и сама цифровая инфраструктура развились настолько, что в них наблюдается самоорганизация. Образовались информационные структуры, обладающие своей собственной волей и способные влиять на нашу физическую реальность. Основа для этого уже существует – компьютерные вирусы через интернет вещей способны вселяться в телевизоры и чайники. Таким киберпанком уже никого не удивишь. Олди удивляют иным: вместо призрака в доспехах человечество получило информбогов, способных вселяться самих людей. Мы играли в игровых программах, а теперь программы играют в нас. «Случись, что Бога нет, его б пришлось создать».

По разбросанным подсказкам удается понять, что деятельность новых Богов выходит далеко за рамки нынешнего интернета вещей. Им подвластны не только технические процессы. А поскольку божественные массивы данных группируются относительно неких основных функций, то получается языческое многобожие схожее с греческим пантеоном. До полного оформления еще далеко, информбоги только осознают себя и учатся проявлять. Они – черные ящики, на входе у которых вся мировая информация, а на выходе туманные и схематичные чудеса. Нейросеть еще только учится.

Что мне в романе привиделось и серьезно понравилось, так это соотнесение нуара и греческой мифологии. Не знаю уж, сами авторы додумались до такого образа или украли у кого, но идея хороша. Во-первых, Город нуара и греческое государство-полис сразу отсекают вопросы о происходящем в остальном мире. В градациях места существует лишь ограниченное «здесь», а в градациях времени – лишь мрачное настоящее и довлеющее прошлое. Отсюда проистекает и второе сходство: ни у нуара, ни у греков нет Будущего в привычном для нас виде. Люди не страшатся и не надеются на высшую справедливость впереди. Окружающий мир изменяется, но это не воспринимается как прогресс. Отсюда третье: в мире без высшей справедливости герой подчиняется только собственному внутреннему кодексу, порой весьма неоднозначному на наш сегодняшний взгляд. Персонажи греческих мифов – жестокие убийцы, алкоголики и насильники. Прошло несколько тысяч лет, и немецкий экспрессионизм вместе американским пуританством породили нуар, в котором греческий герой научился сохранять лицо при любых пороках. Ощущение нуара от романа Олди у меня росло постепенно, и стоило мне подумать, что в тексте должно появиться предательство, и оно случилось через 15 страниц.

Из нуарности растет, по большому счету, и моя основная претензия к роману. Его события и персонажи, кроме разве что детектива Икара, - чертовски черствые. Монументальные айсберги сталкиваются с впечатляющим грохотом, но в нем не слышно жизненного бурления и страсти. Особенно это относилось к полубогу Тезею – умный, сильный мальчик, но скучный, как бревно. Да и его великий дед Питфей не успел развернуть свои сомнения и переживания. И беда здесь, вероятно, не в слабости авторов, а в требованиях стиля. Прав был тот, кто говорил, что Олди часто облегчают нам жизнь, даруя иномирному главному герою наш образ мышления. В «Быке из машины» нам не дают такой поблажки, и греческие полубоги выходят на улицы городка Кекрополь. Они похожи на нас, но они – другие. Нечто подобное я ощущал у Тома Шарпа во «Флоузах», где шекспировский герой шагнул из поместья, затерянного в болотах, на британские улицы 70-х. Шарп вслед за Шекспиром меня напугал, а Олди, как не крути, не смогли уколоть эмоционально. Нуар ведь он не про то. Айсберги айсбергами, но хотелось, чтобы Икар сгорел в пламени страстей.

О чем этот роман? Ответ в лоб: информационное поле в целом и интернет в частности перестают быть просто хранилищем различных данных. Теперь эти данные влияют могут влиять на нас и порой неожиданным образом. Раньше хозяева газет и телеканалов могли формировать общественное мнение и руководить паствой. В эпоху клипового сознания, как бы бредово это ни казалось, существует вероятность формирования общественного мнения за счет случайного склеивания обрывков различной информации. Пусть это будет краткосрочно, но может привести к серьезным последствиям. Особенно в том случае, когда "у человека возникает повышенная агрессия, трудности с подбором нужных слов, а также излишняя фиксация на морально-этических или религиозных вопросах".

Итого: Олди отточили свое мастерство до очень высокого уровня и начали двигаться вширь, пробуя себя во все новых и новых формах. Наиболее поздние их вещи, которые я читал, были сделаны прекрасно, но слишком ровно. Желаю любимым авторам сделать очередной качественный рывок. Хочется, чтобы от книги опять захватывало дух.
Лягушатник

И. Макдональд "Дом дервиша"



Вы сидите обычным весенним днем в уличном кафе на маленькой площади, пьете хороший кофе и думаете о жизни. Это лучшее описание того настроения, которое дарит "Дом дервиша". Происходящие события могут быть ужасными или чудесными, но они лишь песчинки на уровне тысячелетней истории города. А потому не нужно терять возможности, глотнуть хороший кофе и послушать свежие истории.
"Дом дервиша" - это южная книга. Это магия места, магия коммуналок с общим внутренним двором, которые невозможны на северах. Где-то в этом есть привкус Одессы, Крыма или каких-нибудь приморских городов, рассказанных позабытыми социалистическими авторами. Сколько бы соседи не пытались сторониться друг друга в таких местах в конце концов их жизни сплетаются в общий клубок. И маленький мальчик, запертый из-за болезни, в итоге окажется связан с религиозным радикализмом и фронтиром новых технологий. Здесь становится видно человеческое, без наносного влияния прогресса, но в тоже время здесь, как нигде, видно, как прогресс может изменять людские жизни.
Книга сделана так, что острые углы футуристических каркасов затерты, закрыты мягкостью старых ковров и слоем антикварной пыли. В какой-то момент герои попадают на базар и возникает вопрос, как он будет выглядеть после внедрения их новой разработки. И ответ был прост: изменится очень малое. Базар так и останется базаром. Люди слишком ценят уют, чтобы не продлить его даже там где прекрасно разрослись новые технологии. Да и что такое технологии перед лицом тысячелетий? Это похоже на дерево: жесткий ствол тянет все вверх, но его скрывает разрастающаяся вширь вечнозеленая листва. Высокоэффективная органика вместо математически точного киберпанка. Чаепитие на закате вместо ежевечерных алкотрипов.

Итого: Эту книгу нельзя читать быстро. Слишком быстро вымотаешься и потеряешь красоту. Зато можно медленно брести с героями по улочкам Стамбула, рассматривать сефардские миниатюры, смотреть на роботов, скачущих по натянутым тентам над фруктовыми палатками и вдыхать запахи, среди которых главным звучит мёд.
Лягушатник

Пересматривая классику

*На экране романтическая беседка. Робот Калькулон объясняется в любви жено-роботу Моник.*

Робот: Я анализировал это в течение некоторого времени, Моник, и… ты выйдешь за меня?

Моник: О, Калькулон!

*Они целуются. Калькулон берет коробочку, в которых обычно продают кольца, достает оттуда золотую гайку и накручивает ее на палец Моник*

…Подходит! Так значит ты знаешь, что я изготовлена…

Калькулон: По метрическим стандартам. Я всегда это знал. Но для тебя, моя дорогая, я готов измениться.